Новости

Голавля на мормышку

 

Поклевка, леска стремительно режет воду поперек течения. Невидимый соперник совершает подводные па, в прощальном танце расставаясь с рекой. Вершинка легкого удилища вытянулась в струну, лишь старенькая надежная катушка изредка издает звук фрикциона. Но вот боец устал и, блеснув серебристым боком, красавец голавль нехотя заходит в подсачек. Вечер удался.

Летняя жара с вьющимися оводами и слепнями действует угнетающе не только на людей. Дневной клев может порадовать лишь бойкими подростками рыбьего племени. Ветераны подводного мира сбрасывают дрему в сумерках. А с наступлением темноты чавканье и плеск по речным затонам заставляют усиленно биться не одно рыбацкое сердце. Именно в эту пору под камерный комариный хор исполняются тайные желания рыбака.

Голавль распространенная рыба в водоемах европейской части страны. В некоторых из них с усиленным прессингом электроудочников это единственный уцелевший хищник. Чтобы быть с трофеем на таких речушках, приходится применять военную хитрость. Ползком по росе, не высовываясь над бровкой берега, лежа на боку, забрасывать приманку. Или, ступая осторожным шагом, продираться через малинник и крапиву, а добравшись до берега, забрасывать, стоя на коленках. И часто под самым берегом, при подмотке, происходит поклевка.

Правило простое — одна рыба, и новый поиск перспективного места с подкрадыванием. На червя, кузнечика, стрекозу, на мелкий воблер и блесну, на искусственную мушку, на малька и на пиявку ловится этот осторожный речной житель. Не во всех местах водятся трофейные голавли, но и кормовая база водоемов не везде одинакова.

Еще в далеком детстве, сидя на маленьком деревянном мостике через речку, который почему-то назывался «лава», мы лениво шлепали на себе слепней и, укоротив наполовину крылья, бросали их в воду. Стайка уклеек с азартом носилась за маленьким глиссером, время от времени притапливая стремительного гонца, но, не имея возможности проглотить насекомое, теряла его, и гонки переходили на очередной этап. Едва слепень преодолевал определенную незримую границу, как он без всплеска, тихо исчезал под водой. Навсегда.

Ситуация неизменно повторялась с каждым насекомым, мы шумно обменивались мнениями, но поймать незримого великана на удочку так и не удавалось. Стоило только вытянуться во весь рост, чтобы подальше забросить леску, как голавль, а это был, конечно, он, куда-то уходил, и в нашем улове были только уклейки, ельцы да некрупная плотва. Великан-голавль оставался рыбой-мечтой. С таким же удовольствием он съедал небольших лягушат, крупных стрекоз и громадных певчих кузнечиков. Изредка исчезал с прикормленного места, и тогда брошенные насекомые долго плыли вниз по реке, постепенно исчезая за поворотом, сопровождаемые вездесущей стайкой уклеек. Тем радостнее была каждая новая встреча и обязательное кормление.

Однажды вечером, устав после дневной рыбалки, я присел в тени дерева недалеко от того мостика, чтобы набраться сил перед дорогой к дому. Широкая крона прикрыла свет, и сквозь темную воду хорошо просматривалось неглубокое дно. Над водой уже поползли пряди тумана, мотыльки ручейника мелькали над тихой гладью, а там, где ветви окунались в воду, в медленных завитках течения кружилась крупная коричневая стрекоза. Изредка вздрагивая крыльями и пуская мелкую рябь, изящная красавица доживала последний день. После каждого тихого дуновения ветра на воду падал мелкий сор с дерева, который с удовольствием растаскивала рыбья мелюзга.

Пряди тумана уже сплетаются в кудрявые веревочки, пора домой. И тут я вздрогнул. Под стрекозой стоял огромный голавль. Сравнить его можно было с карпами, которыми осенью наполнялись московские магазины и рынки. Еле шевеля грудными плавниками, он медленно рассматривал красавицу. Глаза перемещались вдоль корпуса насекомого. Ярко-алый бант плавника горел в подбрюшье. Это был, вероятно, тот самый невидимый хозяин переката.

Усталость забыта. Я, как сеттер, замер в движении, ожидая развязки. Но что-то ему, видимо, не понравилось и, лениво развернувшись, он ушел на струю. Зеркало воды даже не колыхнулось. Немного погодя, голавль также медленно вернулся. Замер, разглядывая стрекозу. Затем сделал еле уловимое движение пастью, и красавица беззвучно исчезла под водой. Серебристые крылья насекомого, как усы кота, торчали в разные стороны, еще движение и великан пошел в глубину, глотая ужин на ходу. Незабываемо. Желание поймать и с конечной первобытной целью съесть пропало, осталась надежда на новую встречу, чтобы еще раз полюбоваться красотой великана.

Несмотря на обилие снастей для ловли рыбы, ловить голавля летом в небольших реках я предпочитаю на мормышку. Вольфрамовая или свинцовая капелька с насадкой, а чаще без нее, способна совершать чудеса. На ранней зорьке, в тумане рыба подходит кормиться к самому берегу. И поданный в этот период «муравей» соблазняет не только плотву, но и голавля. Как правило, ловятся плотва, изредка уклейка, густера, а голавль попадается почти случайно. Но в каждом улове закономерно присутствуют два-три солидных трофея.

Иногда леска обрывается, не выдерживая борьбы. Но этих нескольких секунд кипящего адреналина достаточно, чтобы получить удовольствие от рыбалки. Мормышки обычно среднего размера. Игра происходит от самого дна и до поверхности. Поклевка чаще случается на некотором расстоянии от грунта. Но если начинать игру именно с той глубины, где чаще клюет, то поклевки могут прекратиться совсем. Видимо, перед тем как взять, голавль долго изучает приманку, и лишь убедившись в ее пригодности, атакует.

Место ловли может быть под нависшими кустами, возле пучков рогоза или среди кочек осоки. Управление мормышкой происходит за счет кистевого воздействия на снасть. Несколько мелких скачков, пауза — и так до самого верха. Постукивание по дну желательно, в прозрачной воде поднимающееся облако мути хорошо привлекает внимание рыбы. Под деревьями, с аркадой склоненных к воде ветвей, мормышку опускать у самой береговой кромки. Именно там чаще происходят поклевки. Причем первым атакует самый крупный лидер. Если продолжить ловлю в этом месте, остальные рыбы будут мельче.

Для удобства передвижения и сокращения времени монтажа снасти я использую телескоп с кольцами и маленькой катушкой, с удаленным тюльпаном. Так проще складывать снасть в зарослях и передвигаться среди растений. Более того, запас лески позволяет бороться с крупным голавлем, а в случае зацепа или обрыва лески быстро восстановить нужную длину. Вываживая рыбу, также постепенно подматываю леску и складываю пропорционально удилище — таким образом, удается избежать путаницы и зацепов.

Нет комментариев

    Оставить отзыв